Экономика и социальная жизнь в 1920-1930-е годы

Несмотря на то, что в ходе гражданской войны боевые действия на территории губернии не велись, восстановление пришедшего в упадок хозяйства требовало больших усилий. Посевные площади сельскохозяйственных культур сократились, катастрофически уменьшилось промышленное производство. Из 7 тыс. тверских ткачей свыше 3 тыс. ушли, чтобы выжить, в деревню. Рабочим вагонного завода в Твери после его остановки из-за отсутствия сырья и топлива пришлось заняться ремеслом, например, изготовлением зажигалок.

Хозяйственная разруха усугублялась политическим кризисом. Крестьянство стало выражать недовольство политикой «военного коммунизма», требовало отмены продовольственной развёрстки. Происходили волнения и в городе. Рабочие Тверской мануфактуры в марте 1921 г. провели забастовку. Хотя их требования носили экономический характер (прибавка хлеба к натуральной зарплате и выдача мануфактуры), на фабрику для наведения порядка направили воинские части. В это же время, в связи с Кронштадтским восстанием, в Тверской губернии ввели военное положение.

Принятая большевиками на X съезде РКП/б/ в марте 1921 г. новая экономическая политика (НЭП) предусматривала отмену продразвёрстки и вводила продналог, который был в два раза меньше продразвёрстки. Большинство населения губернии, 90% которого проживало в деревне, положительно восприняло НЭП. Крестьянство получило возможность продавать излишки сельскохозяйственной продукции на рынке, что стимулировало их к расширению посевных площадей и улучшению культуры земледелия.

Первое губернское экономическое совещание (сентябрь 1921 г.) приняло программу перевода хозяйства, в первую очередь, промышленности, на основы НЭПа. В распоряжение республиканских хозяйственных органов отошли 34 предприятия, с последующим объединением их в тресты: текстильный, стеклофарфортрест, «Верхневолголес» и другие. Вагонный завод вошёл в состав государственного объединения машиностроительных заводов (ГОМЗА), Кувшиновская писчебумажная фабрика — в «Центров умтрест», кожзавод Савина с фабрикой обуви — в Осташковское объединение, кожевенные предприятия Кимрского хозяйственного района — в Кимрский трест.

Все предприятия, подведомственные Тверскому губсовнархозу, разделили на три группы. К первой относились 49 наиболее мощных, хорошо оборудованных предприятий, работавших на государственном сырье и материалах. Во вторую группу входили 79 предприятий, которые не требовали больших затрат на производство промышленной продукции. Они переводились на хозрасчёт, то есть на самоокупаемость. К третьей группе отнесли 128 предприятий, подлежащих сдаче в аренду или передаче частным владельцам. Оплата труда рабочих, на 90% натуральная, оставалась очень низкой.

Когда в 1920-1921 гг. разразилась засуха в Поволжье и вызвала страшный голод, губерния оказала большую помощь голодающим. В общей сложности на эти цели отсюда направили 39 тыс. пудов зерна и муки, 177,5 тыс. пудов картофеля, 7 тыс. пудов другого продовольствия.

Для пополнения казны большевики конфисковали много церковных ценностей. Только в Бежецком уезде в 27 церквях изъяли 57 пудов золотых и серебряных предметов.

С середины 1923 г. начался новый этап концентрации промышленности. Если в мае в ведении губсовнархоза находились девять трестов с 3795 рабочими и служащими, то в октябре — только пять.

В деревне ввели единый сельхозналог, заменивший прежние — подворный, денежный, натуральный и гужевой налоги. От его уплаты освобождались хозяйства, не имевшие скота.

Удалось остановить рост цен на промышленные товары. Благоприятно подействовала на экономическую ситуацию денежная реформа (введение червонца).

Только к концу 1925 г. уровень развития промышленности и сельского хозяйства губернии приблизился к уровню 1913 г. В деревне увеличились посевные площади. Выросло поголовье скота и рабочих лошадей. Расширилась сеть кооперации на селе, которая стала объединять более 22 тыс. домохозяев.

Промышленные предприятия центрального й губернского подчинения, несмотря на быстрый рост продукции, практически не испытывали в 1925 г. затруднений в её сбыте. Некоторые виды выпускаемой продукции пользовались огромным спросом. В губернии произвели 9744 сельскохозяйственных орудия (плугов, сеялок и др.)5 а продали, вместе с нереализованными в прошлые годы, — 29636. Число же крестьянских заказов превышало эту цифру в два раза.

Местные хозяйственные органы добились пуска на полную мощность после расконсервации двух крупных предприятий: вагонного завода и Вагжановской мануфактуры.

Заметную роль играла кустарная промышленность: кожевенно-обувная в Кимрском уезде, сапоговаляльная в Калязинском, сетевая в Осташковском и др. В 1925 г. в губернии насчитывалось до 105 различных промыслов, которыми занимались более 70 тыс. человек.

Тверская губерния, близко расположенная к Москве и Петрограду, в годы НЭПа оказалась своеобразным полигоном, где испытывались и изучались многие начинания центральных партийных и хозяйственных органов. Победа в гражданской войне позволяла большевикам отказаться от репрессивной системы, тем не менее, оппозиционные партии (меньшевики и эсеры) былизапрещены, в том числе и в Тверской губернии. Но крестьяне, пережившие тяготы «военного коммунизма», не стремились вступать в партию большевиков. В конце 1924 г. в Васильевской волости Тверского уезда проживало более 45 тыс. человек, из них лишь пятеро, являлись членами РКП/б/.

Во второй половине 1920-х гг. в экономике края ведущее место продолжало занимать текстильное производство. По числу рабочих, занятых в хлопчатобумажной промышленности, Тверская губерния занимала шестое место в РСФСР и четвёртое в Центрально-Промышленной области. Наряду с текстильной промышленностью быстро развивались отрасли, которые работали на местном сырье: лесная, кожевенная, пищевая, бумажная, фарфоро-фаянсовая.

На промышленных предприятиях некоторые станки находились в эксплуатации около 50 лет, поэтому выделялись деньги на капитальное строительство и ремонт фабрик и заводов. В конце 1926 г. объём промышленной продукции губернии превысил довоенное производство.

Ретивость местных руководителей, пытавшихся искусственно поднять производительность труда, вызывала недовольство рабочих, поскольку их согласия не спрашивали. К примеру, на мануфактуре в Вышнем Волочке хозяйственники предъявили рабочим ультиматум: «Или переход на работу с двух на три станка, или — биржа труда». В ответ работница Бабкина отвезла в Москву жалобу, которую подписали около 300 рабочих.

В ходе индустриализации для подготовки квалифицированных кадров открывалось большое число новых учебных заведений. В 1929 г. в губернии работало 71 профессионально-техническое учебное заведение, где обучалось около 6 тыс человек. В Твери начал действовать рабочий университет.

Численность безработных с октября 1926 г. по октябрь 1928 г. сократилась в два раза.

В конце 1920-х гг. политика вытеснения частного капитала сменилась политикой его ликвидации, началось возвращение к методам «военного коммунизма». Сразу ощутилась нехватка хлеба в городах. Рабочие открыто высказывали недовольство. Крупная забастовка произошла в декабре 1928 г. на фабриках Вышневолоцкой мануфактуры. После её окончания работники ОГПУ допросили около ста человек. В докладных материалах они признали, что «настроения рабочих создаёт хлебная неурядица, т.е. очереди... при сильных морозах, а иногда и недостаток такового в магазинах».

Выход из тяжёлой ситуации руководство страны видело в переходе к коллективизации и форсированной индустриализации, к замене НЭПа командно-мобилизационной системой бюрократического управления.

В 1929 г. в стране прошла широкая административная реорганизация, которая ликвидировала Тверской край как единое целое. Часть территории губернии вошла в состав Московской области (Тверской, Кимрский, Бежецкий округа), а часть — в Западную область (Ржевский округ).

К концу 1929 г. в результате угроз, административных и репрессивных мер число коллективных хозяйств в Тверском округе достигло 50%. Доля кулацких хозяйств даже в лучшие годы НЭПа не превышала 2,6%.

Составной частью насильственной коллективизации являлась так называемая ликвидация кулачества как класса. Решение вопросов, связанных с раскулачиванием, возлагалось на «районные тройки по выселению кулаков». В них входили секретари райкомов ВКП/б/, председатели райисполкомов и начальники районных отделов ОГПУ. В Кувшиновском районе «тройка» получила в 1931 г. директиву о выселении ПО семей «кулаков» и с большим трудом изыскала 28 таких семей, которые отправили в отдалённые районы СССР. В Вельском районе предписали выселить 102 семьи, в Зубцовском — 172. Всего в Ржевском округе планировалось выселить 4,5% от общего количества крестьянских хозяйств. Таким образом, выполняя «план», местные власти в число кулаков в действительности включали середняков и даже бедняков. Выселение проводилось несколько лет. Тысячи тверских тружеников деревни пострадали от коллективизации.

Вместо оказания реальной финансовой и технической помощи новым колхозам партийные органы направляли туда в качестве организаторов и руководителей рабочих из городов. Только Тверской округ отправил на село 536 человек.

Сопротивление крестьянства коллективизации проходило в разных формах: демонстрации, бунты, поджоги и даже убийства колхозных активистов. Все выступления подавлялись силой.

Отношение рабочих к коллективизации было неоднозначным. С её началом снабжение в ряде районов настолько ухудшилось, что рабочие оказались без овощей, молока и мяса. В 1929 г. в стране ввели карточную систему.

В конце 1930 г. в Кувшинове на писчебумажной фабрике образовалась молодежная организация «Земля и глина» во главе с 19-летним О. Михеевым, которая выпускала антиколхозные прокламации. Организация просуществовала два месяца, после чего местные органы ОГПУ разогнали её. В 1937 г. бывшие члены организации подверглись репрессиям.

К концу первой пятилетки, когда колхозы, в основном, слабые в экономическом отношении, стали объединять 70-80% тверских крестьянских хозяйств, местные партийные и советские органы отрапортовали о победе колхозного строя в деревне.

Большое значение руководство страны придавало социалистическим соревнованиям. Первый коллективный договор подписан в Твери 7 апреля 1929 г. по предложению рабочих Пролетарской мануфактуры между текстильщиками Твери, Москвы, Иваново-Вознесенска и Вышнего Волочка — «Договор тысяч». Соревнующиеся коллективы обязались бороться за выполнение первого пятилетнего плана, за рост производительности труда. В 1932 г. в соревновании участвовали 90% рабочих комбината «Пролетарка», 75% рабочих фабрики им. Вагжанова и др.

С осени 1935 г. на предприятиях края развернулось стахановское движение, инициаторами которого явились рабочие вагонного завода и текстильщики, выполнявшие нормы выработки на 250-300%. В сельском хозяйстве началось моляковское движение, подхваченное льноводами страны. Общему развитию производства часто мешало увлечение руководителей разного ранга организацией отдельных трудовых рекордов.

Жизнь постепенно улучшалась: отменили карточки на хлеб, а затем и на другие продовольственные товары.

Постановлением ВЦИК от 29 января 1935 г. была образована Калининская область (Тверь переименована в Калинин 20 ноября 1931 г.).

После убийства в 1934 г. СМ. Кирова начались массовые репрессии сталинского режима против всех слоев населения СССР. Работники НКВД фальсифицировали следственные дела, якобы разоблачая шпионов и вредителей. 20 марта 1938 г. Политбюро ЦК ВКП/б/ приняло постановление «Об ошибках Калининского обкома и облисполкома», которое требовало разоблачать новых «врагов народа».

За короткий период времени репрессировали 58 руководящих работников области. «Врагами народа» оказались секретари обкомов ВКП/б/ и комсомола, председатели облисполкома, директора многих промышленных предприятий (вагонного и галолитового заводов, фабрики им. Вагжанова и кувшиновской писчебумажной, хлопчатобумажного треста и др.), руководители отделения железной дороги. Практически полностью с января 1936 г. по август 1937 г. был репрессирован командный состав 48-й Тверской стрелковой дивизии. 31 декабря 1937 г. расстреляли архиепископа Тверского и Кашинского Фаддея (Успенского).

Но даже в такие страшные годы люди продолжали жить, работать, растить и учить детей, думать о будущем с надеждой, что всё изменится к лучшему.

Перед войной в Калинине вошли в строй завод подошвенной резины и комбинат искусственного волокна, в Кимрах — машиностроительный завод, в Бежецке — льнозавод и завод сельскохозяйственного машиностроения, в Завидовском районе — Редкинский химический комбинат. В Калинине развернулись строительство экскаваторного завода и реконструкция вагонзавода, производившего 70% пассажирских вагонов в СССР.

Резко возросло значение железных дорог, пересекающих Калининскую область. По примеру работников станции Бологое на станции Калинин внедрили диспетчерскую маневровую связь, в результате сократились простои вагонов.

В трудном положении продолжало оставаться сельское хозяйство Калининской области. Перед войной насчитывалось 12983 колхоза. Преобладали мелкие, малопродуктивные хозяйства, слабо оснащённые сельскохозяйственной техникой. Сеть МТС за годы третьей пятилетки увеличилась в области со 124 до 134, но количество тракторов оставалось почти неизменным.

Калининская область оставалась крупнейшим регионом страны по выращиванию льна. Поставки его в общесоюзном плане достигали 24%, а в экспорте Советского Союза — 45%.

К весне 1940 г. в области покончили с «последним наследием частного хозяйствования» — хуторами. На центральные усадьбы колхозов сселили более 41 тыс. хуторских хозяйств.

По данным всесоюзной переписи 1939 г., в Калининской области проживало 2 487 тыс. человек. В городах велось большое жилищное строительство. За три предвоенных года в Калинине ввели в строй 130 тыс. квадратных метров жилья.

Категория: В советское время